настроение - земфирное (мачо)

Время пишет сценарий, стирая повторы,
я иду по кольцу гравировкой событий,
продолжая любить вопреки приговорам,
когда кто-то подпишет приказ "не любите",
я иду в темноте, я держу, задыхаясь,
каждый нежный изгиб, каждый маленький хрящик…
Я могу тебе выложить Вечность стихами,
чтоб хотя бы минуту побыть в настоящем.
В моих снах, как в архивах, пылится на полках
фотохроника всех невозможных итогов,
ты не знаешь, как это мучительно долго,
ты не видишь, как это отчаянно много –
собирать по крупицам, намекам и встречам –
словно рваное облако штопает ветер…
Я могу рисовать тебя так бесконечно –
до мельчайших деталей на темном портрете,
я молчу, когда ты исчезаешь бесследно,
забирая надежду и ключик от рая…

Я почти научилась любить безответно.
Но еще не умею любить, не сгорая.

Встреча - сюжетом с большого экрана, столик нас ждет в глубине ресторана, ладони в приветствии - дерзко и странно, но мы ведь не виделись тысячу лет. И пара веков, чтоб на это решиться, без подготовки – с тобой созвониться. Сколько сейчас нам? Полвечности? Тридцать? Сколько мы врозь умираем?..

- Привет.

- Привет. У тебя незнакомая стрижка…

- А ты не меняешься – стройная. Слишком. И в шелковом платье – немного мальчишка, такие же чертики пляшут в глазах…

- Как дети?

- Нормально. Как бизнес?

- Отлично.

Болтать о погоде, друзьях и привычках, но только ни слова о главном – о личном – глотать по слогам, чтобы вдруг не сказать. Чтоб вдруг не сломаться, когда между делом бретелька скользит по атласному телу, когда замирают ресницы несмело и нежно нога приникает к ноге, когда разговор обрывается резко…
Бриллиант невозможного, редкого блеска…

 - О чем это я? /о тебе/ О подвеске. А камни – хранители старых легенд. И в этом таится немало историй – о силе стихий, что отчаянно спорят, о теплом, далеком, мерцающем море, о наших следах на прибрежном песке. Далее...

Мне кажется, они сошли с ума. Любимый, лучший друг, и новый встречный. Они живут и думают, что вечны. А я глотаю утренний туман, теряю ключ, бегу на остановку, сажусь к окну и поправляю шарф… Мне иногда становится неловко за то, что я могу еще дышать, за то, что я владычица империй – неповторимых, яростных секунд… Им некогда. Они в себя не верят. И думают, что вовсе не умрут. И не умеют радоваться ветру, простым словам, трамвайному звонку, а я по каплям собираю это и в темноте предсердий берегу. И если вдруг мой маленький кораблик теряет курс, кренится и дрожит, я достаю спасительные капли. 
И продлеваю вверенную жизнь.
 

Получить свое предсказание у мудрого кота 

Да, так проще, удобней, спокойнее по ночам, нет ни лишних вопросов, ни маятника в висках. Знаешь, если однажды вовремя замолчать, то потом не придется жалеть о своих словах, знаешь, если однажды вовремя отойти, то потом не придется думать, куда бежать, жизнь для истины выбрала самый простой мотив – ля мажор, безусловно, бери его, так держать. Да, так проще, удобней, спокойнее, наконец, старый Ошо об этом давно написал тома…

"Ты же веришь мне, милая? Веришь мне?"
......
Молодец.
Это правда единственный шанс не сойти с ума. 

 

 Выйди на берег, слышишь? Я покажу тебе, как бесконечность дышит и провожает день, как из песка и пены мандалу шьют ветра… Если ты будешь первым, значит, тебе пора. Выйди на берег, слышишь? Встань под закатный свет - там приникают ближе, там оставляют след, там начинают верить в то, чем боялись жить, в то, что нельзя измерить, высказать и решить. Выйди на берег, слышишь? Выйди навстречу снам. Там ты меня увидишь, чтобы меня узнать. Там, в полосе прибоя, призрачна и легка, девушка крутит пои, держит огонь в руках, девушка крутит пои, воздух вокруг горит…

Ты наконец-то понял, что у нее внутри?
 

Состояние – Вавилон, откровение – как печать, знаешь, как это тяжело – столько дней о тебе молчать? Пусть во мне суета сует разноцветной толпой пестрит, башня строилась столько лет, чтоб сгореть у меня внутри, в каждый камень вмурован грех – первородный инстинкт тебя, вязью выписан на ковре день, в который он был распят, день, в который он стал для нас недоступен – недопустим, не бери моего вина, я прошу тебя, отпусти, я блудницей у ног твоих отмолю для себя покой, сделай сердце мне – без любви, тихим городом над рекой, пусть не знают мои дома шума этих хмельных страстей, состояние – вне ума, состояние – на кресте, как стояние – под крестом с губкой в уксусе на копье… У меня для тебя престол – преклоненных моих колен, у меня для тебя – наклон слуха, больше, чем у иных. Состояние – Вавилон, априори – не спасены, Апокалипсис – а пока… нам отпущен какой-то срок, этот город – под облака – у твоих засыпает ног, все богатства его сторон, все несметные чудеса я тебе положу в ладонь, не умея тебе сказать, не умея тебя спасти, не желая спастись – тобой, я согласна на суд идти твоей пленницей и рабой, я согласна страдать за все несвятые твои мечты… Босиком по твоей росе, загореться – и не остыть, полюбить тебя и пропасть, небо пеплом заволокло…
Расстояние – пара фраз. Состояние – Вавилон.
 

вечное сияние чистого разума (с)...

тебе.

Мы всегда будем жить в одном настоящем времени, даже если когда-то друг друга сотрем из памяти. Ты, конечно, сначала опять не захочешь верить мне, будешь в трубку кричать: «Ну когда вы там перестанете». Ты, конечно, сбежишь на большом серебристом боинге и, конечно, вернешься, гордость в ладонях комкая, это в фильмах все наркоманы и алкоголики, а у нас и без этого часто бывает ломка, и ты знаешь – ты знаешь! – что мы это все затеяли далеко от того, что считаем началом сущего, и пускай ты опять попытаешься не поверить мне – только мы друг для друга - мера недостающего, мы ролями меняемся чаще, чем дети – куклами, завтра я не поверю – и ты мне начнешь доказывать – вот такими простыми, смешными, кривыми буквами, вот такими нелепыми, честными, злыми фразами, называть меня сволочью, черствой, бездушной бестией – всеми масками нашими, нашим глухим убежищем. Ничего не изменится, мы остаемся вместе, и каждый день будет даже не новым, а просто следующим. Мы всегда будем жить в этой матрице наших сущностей – ни стереть, ни добавить, ни просто отформатировать, кто-то будет ведомым, а кто-то – его ведущим по дороге, что сами вымостили пунктирами. Пустят титры, где данные снова совпали с паспортом, мы узнаем себя, но сеанс повторится заново. Это тихое сумасшествие, безопасное, это сбой в системе – обычный, рабочий, плановый. Побесись, поскучай – ведь тебе выпадает очередь. Я свое отболела, дай мне немного времени. Мы с тобой дуализмом насквозь по душе прострочены, и похоже, что ты, наконец-то во все сам поверил. Чистый разум – иллюзия тех, кто боится прошлого, где живут наши тени, рисуя себя чернилами… Если я напишу о тебе этот текст, хороший, значит, ты меня первым все-таки сочинил, и... Ты не можешь заставить другого быть вечно любящим, если он не является частью невероятного. Мы всегда остаемся в одном настоящем будущем, даже если пытаемся всем доказать обратное.
 

Бытовая техника - очень важная часть нашей повседневной жизни. Приобретая  её, мы порой упускаем важнейшие детали, такие как подключение стиральной машины, электроплиты и иной техники, а так же их обслуживание и ремонт. Чтобы избежать ошибок и проблем, доверьте это профессионалам.

 

Вбирая дрожь в приникшую ладонь, так судорожно рвущуюся к телу, коснуться губ, открывшихся несмело - святилищем с живительной водой, прильнуть и пить – до стона из глубин, до темноты – в зрачках и там, за ними, и по слогам в тебя входить, как имя твое входило – золотом в рубин, кинжалом в плоть, триремой в древний порт – держать осаду, сдавливать оправой, гореть в тебе густой тягучей лавой и выступать росой из вскрытых пор, любить тебя – так долго и давно, что вечности не хватит декораций: пока над кожей чайкой вьются пальцы – эпохи отправляются на дно, пока ты часто дышишь, и в груди становится так тесно наслажденью – моря волной срывают огражденья, чтоб отыскать забытые пути, чтоб на песок упасть – и отдыхать, изнемогая, ластиться лениво и укрывать тела теплом прилива, запоминая запах по стихам, по черточкам, по линии плеча, что в сеть волос опутано уловом, по выдоху, что заменяет слово, которому приказано молчать, и чувствовать, как тень едва дрожит, и приближаться, путаясь в ресницах…

Ты знаешь, мне сегодня будет сниться соленая эротика души.