Вокруг да около ходишь, о том о сем, от каждого слова бьется, болит, трясет – так нож под плащом изменником пронесен, так перед смертью себя выдыхают: все. Так воду в пустыне по каплям считают, по впадинам, где выступает соленый пот, так замирает над смертником вдруг топор, так замирает смертник на плахе под яростным лезвием... Это предел. Скажи. Тают в песках коварные миражи. Я по-звериному чую, как ты дрожишь, как ты боишься выйти на рубежи. Как ты пытаешься выдержать мой ответ – словно по коже вихрем гуляет плеть, словно огонь разносится по траве, словно тебе в нем тысячи лет гореть…

…Все о погоде да о мирских делах. 
Ночь примостилась месяцем в головах,
и тишина густая вокруг, как мгла…

Главного не сказала.

Не смогла.